– Это я... Вы снова по поводу моей машины?

– Нет, мсье... Я не с вашего участка и не занимаюсь дорожным движением... Я сержант Ферно из комиссариата Восьмого округа...

Чувствуя неловкость, он с изумлением оглядывался по сторонам: наверняка такой мастерской ему еще не доводилось видеть.

– Не могли бы мы пройти в ваш кабинет?

– У меня нет кабинета... Можете говорить при моих товарищах. Что случилось?

Полицейский поднес руку к козырьку.

– Я пришел к вам с печальным известием, мсье Селерен... Ведь вы муж Аннет-Мари-Стефани Селерен...

– Да, это моя жена...

– С ней произошел несчастный случай...

– Какой случай?

– Она попала под грузовик на улице Вашингтона...

– Вы уверены, что здесь нет ошибки?.. Моя жена крайне редко бывает в районе Елисейских полей... Она социальный работник, и ее участок-это кварталы СентАнтуан и Сен-Поль...

– И все же несчастье случилось на улице Вашингтона...

– Что-нибудь серьезное?

Сержант Ферно ответил тихо, почти шепотом:

– Она скончалась, как только ее привезли в больницу Ларибуазьер...

– Аннет?.. Умерла?..

Все устремили на него взгляды, но на его лице ничего не отразилось... Все это было настолько внезапно, настолько неожиданно, что трудно было поверить.

– Я хочу ее видеть...

– Вас там ждут, потом тело отправят в Институт судебной медицины...

Селерен надел пиджак, который во время работы менял на длинную белую блузу. Он не плакал. Черты его лица окаменели, словно любое выражение горя было неуместным.

Уже на пороге он обернулся и произнес фразу, которая ему самому показалась нелепой:

– Извините, ребята...

Лифта в доме не было. Они прошли пять этажей, Селерен впереди, сержант за ним.

– Может, мне стоит поехать с вами?

– Да, наверное. Я не знаю расположения больниц... У нас в семье никто серьезно не болел...